Г.А. Зюганов на 3-м телеканале в программе «Треугольник» о своем детстве, родителях, увлечениях и жизненных принципах

Г.А. Зюганов на 3-м телеканале в программе «Треугольник» о своем детстве, родителях, увлечениях и жизненных принципах

2011-04-11 20:07
Kprf.ru.

    Председатель  ЦК КПРФ Г.А. Зюганов  принял участие в  программе Алены  Огневой и Елены  Павловой «Треугольник» на 3-м телеканале. Ведущие задавали Геннадию Андреевичу вопросы о детстве, родителях, увлечениях и жизненных принципах. Не обошли вниманием и проблемы современности. Посмотреть всю передачу можно здесь.  

     Павлова: Здравствуйте, вы смотрите Третий канал, меня зовут Елена Павлова и это программа «Треугольник».

     Огнева: Я Алена Огнева, добрый день!

     Павлова: Сегодня у нас в гостях Председатель Коммунистической партии России Геннадий Зюганов. Здравствуйте, Геннадий Андреевич!

     Зюганов: Здравствуйте, Здравствуйте!

     Огнева: Мы рады вас видеть!

     Зюганов: Я тоже. Но я не ожидал, что у нас будет такая обаятельная компания.

     Огнева: Многие из нас видели и слышали ваши политические выступления. Но немногие пытались понять, какой вы есть на самом деле. Вы родились в маленьком селе Орловской области в 44-м году, это еще во время войны. Расскажите, каким было ваше детство?

     Зюганов: Я родился в семье потомственных учителей. У меня по отцовской линии был уникальный дед. У него было восемь детей, и он дал обет всем дать высшее образование. И он справился с этой уникальной задачей. Мать у меня преподавала в начальных классах, учила меня первые четыре года. За порог вышли – Марфа Петровна, отвернулись – мама.

     Огнева: И никаких поблажек у вас не было?

     Зюганов: Она меня чаще ставила в угол, чтобы я лучше слушался. Я учил у нее наизусть целые страницы. Я закончил начальную школу на «четыре», зачем учился только на «отлично» и закончил школу с медалью. А вот дальше учил меня отец, он, по крайней мере, не был так строг, как моя матушка. Я им благодарен. Они почти сорок лет там проработали. А я рос в бабьем царстве, в нашей округе почти сто мужчин ушли на войну. На Курской дуге были жуткие сражения. В нашей деревне было больше подбитых танков, чем уцелевших домов. Вернулись трое. Мой отец потерял ногу под Севастополем.

     Я, по сути дела, все детство провел с лопатой, с дымарем, у нас чудная пасека, великолепный сад. По сегодняшний день содержу пасеку, у нас 30 семей пчел.

     Огнева: Ведь это чудное занятие. Должна быть определенная философия. И вы используете на пасеке специальные рамки?

     Зюганов. Да, должны быть такие рамки. Я смогу угостить вас чудным медом. У нас, вообще, в прошлом году блестящий мед. 56 сортов. Наш мед всегда входит в пятерку лучших в стране. У меня есть мед – пальчики оближите.

     Павлова. У меня дед тоже общался с пчелами. Он говорил, что главное быть с ними как с друзьями, чтобы они не кусали, когда ты туда идешь.

     Зюганов. У вас мудрый дед был. Пчелы уважают умных и совестливых хозяев. Если ты пришел подвыпивший, они сразу тебя сожрут. Пришел с конюшни – они тебя прогонят. Пчелы чистоплотны, трудолюбивы. Я считаю, что Всевышний, вообще, изобрел два существа – женщину и пчелу. Женщина – это сказка, она выносила под сердцем род человеческий. И пчелу. В этой маленькой козявке шесть фабрик, вдумайтесь.  Фабрика по производству меда, яда, она укусит, но и сама умирает, фабрика по производству маточного молока, это самый сильный биостимулятор в мире, фабрика по производству прополиса, пергей это хлеб пчелиный, еще воск производит и прочее, это потрясающая труженица. Большая беда в мире – начался массовый мор пчел в Австралии, Америке. Боюсь, как бы эта беда не пришла, но мы должны уберечь и страну, и пчел обязательно.

     Огнева. Ну, а кроме пчел, если взять представителей животного мира, кого-нибудь любите?

     Зюганов: В детстве у нас хозяйство было огромное, сто кроликов было. Дед по материнской линии посмотрел, как я работаю, и сказал: ты будешь большим человеком.

     Павлова: Какой прозорливый был! А вы могли за себя постоять, могли драться на танцах?

     Зюганов: Как и всем, мне приходилось драться. Но должен признаться: у нас был железный порядок.

     Во-первых, не было замков в деревне.

     Что касается драк, лежачего не били, это  старое правило, русское причем. Правило кулачных боев. У нас у всех было оружие. Настоящий автомат. Волки у нас собаку разорвали на пороге. После войны много волков развелось, и ходить было опасно. После войны все мужики кто на фронте, кто погиб - отстрела никакого не было. Волков расплодилось много. Волчьи стаи выли у деревни, ходили, собак драли. Страшно – не то слово. Поэтому, когда ходили в соседнее село, брали оружие. Потом пришло время, пришлось сдать оружие. Но должен сказать, ни одного выстрела в своих не было.

     Павлова: Геннадий Андреевич, сейчас как раз обсуждают вопрос, нужно ли для самообороны иметь личное оружие? Как вы считаете?

     Зюганов: Я, вообще, противник этого. Я считаю, что правоохранительная система должна работать эффективно. Это раз. Во-вторых, надо больше занимать людей делом и воспитывать. Два. Очень важно, чтобы дети, подростки, имели возможность потренироваться на стадионе. Я в школе играл за сборную по волейболу, был чемпионом по метанию гранаты, по бегу.

     Павлова. И кавээнщиком были.

     Зюганов. Ну, КВН это отдельная страница. Кстати, наша команда физматовская за четыре года не проиграла никому. Историки и литераторы с ума сходили, но они у нас так выиграть и не смогли.

     Павлова. У математиков и, вообще, представителей точных специальностей чувство юмора значительно лучше, чем у гуманитариев. Я это замечала.

       Зюганов. Не только. Они гораздо находчивее, у них лучше реакция. В свое время Пушкин сказал, что не стал математиком только потому, что не хватило фантазии. Хотя я считаю, что у Пушкина гениальная фантазия.

     Если  прочитать, что он тогда писал, совершенно проецируется на нынешнюю жизнь. Он все предвидел, предсказал и угадал. Я был в восторге от того, что он сделал.

     Но  команда наша физматовская прошла без  поражений. Наш декан Курбан говорил:  интеллект у моих троечников выше, чем у отличников на других факультетах.

     Огнева: Геннадий Андреевич, а ваш земляк Иван Бунин навал Орел коренным городом. Что это значит - «коренной»?

     Зюганов: Кстати, я горжусь тем, что восстановил в Орле все литературные музеи.

     Орел  – третья литературная столица. Тургенев, Бунин, Пришвин, Лесков, Андреев. Мы восстановили усадьбу Тургенева, которая сгорела в 1906 году.

     Мы  даже церковь восстановили. Великолепная научная библиотека. У нас лесковский музей, бунинский, у нас все наши орловские люди хорошо отражены в нашей музейной практике. А краеведческий музей вообще потрясающий

     Огнева: Но почему «коренной»?

     - Ну, во-первых, Орел. Понимаете, какое название? Во-вторых, ни одно нашествие, которое шло на Москву, не обошло Орел. Оккупантам сломали голову и хребет именно на орловской земле. Можете себе представить, с обеих сторон четыре миллиона было. Какая молотилка была! От Орла один центр остался, дом, на котором водрузили флаг «За Родину, за Сталина!», а больше ничего не было. Остальное было кладбище каменной крошки. Леонов, он шел с наступающими войсками, так и писал: это было кладбище каменной крошки, надетое  на кольцо полусгоревших деревянных слобод. Возродился как птица-феникс, восстановили. Я первый свой орден получил за орловскую непрерывку. Это особый способ строительства, горжусь, что мы на город в 300 тысяч 200 тысяч квадратных метров жилья в год строили. Школы, заводы. Там была великолепная сбалансированная промышленность.

     Первый  – завод электронных управляющих  машин, суперклассный завод по производству научной аппаратуры Академии наук, часовой, приборный, один из лучших в Европе сталепрокатный завод и многое другое. Вот  это и есть «коренное» - музыкальные, литературные традиции. Вот я вас приглашаю проехать от Москвы до Орла и обратно. Это самая уникальная дорога в мире – 400 километров. Отъезжаешь от Москвы 50 километров – налево Чехов, направо Мелехово, где он написал лучшие свои произведения. Дальше отъезжаешь – Талеж, лучшая купель в Подмосковье, там фонтан из-под земли бьет, очередь на крещение стоит. Я это место очень люблю. Проезжаешь еще на 50 километров – Поленово, Проезжаешь еще 50 километров – усадьба Толстого. … «Зеленая палаточка», где он искал ее. Уникальная могила на краю оврага. Еще проезжаешь – Спасово-Лутовиново, еще проезжаешь – Бунин тебя встречает с «Очарованным странником», с Лесковым.

     Павлова: Геннадий Андреевич, почему вы решили стать учителем, почему пошли в пединститут учиться?

     Зюганов: Нет. Вы вопрос правильно ставите. Когда мой отец пришел с войны, ему ногу оторвало, у него осколки были в другой ноге, он очень мучился. Когда он болел, нельзя было допустить, чтобы школьники пропускали занятия. И я ходил за него преподавал, он мне давал материалы, я писал вместе с ним конспекты. И мне это разрешали – лучше разрешить урок старшекласснику в пятом классе, чем пропустить занятие. И все удивлялись, что меня дети хорошо слушают.

     Павлова:  А вам нравилось?

     Зюганов: Я с удовольствием это делал. А матушка в начальных классах преподавала. На два класса, – первый и третий, потом второй и четвертый. Она настолько популярной учительницей была, что специально родители задерживали ребенка, чтобы опять попали к Зюгановой Марфе Петровне. Она была очень строгая, требовательная, а два класса – это 45 минут, нужно быть суперучителем, чтобы не пропустить. А когда заболеет, говорит мне – иди, учи, чтобы не пропустили, а то не догоним. И я вместе с ними.

     Я кончил школу с медалью, директор пришел, труженик, тоже на войне его  подбили, говорит: послушай, у нас  там математика, физкультура, еще ряд предметов, ты останься, поучи еще годочек. С удовольствием пошел в школу, отработал, поступил, а потом физмат окончил. Преподавал у нас на кафедре, потом в институте марксизма-ленинизма.

     Огнева: Мне мама говорила, когда я поступала в педагогический: Алена, в пед идут те люди, которые в другой поступить не могут.

     Зюганов: Алена, я не согласен с вашей мамой. Запомните, вот вы, молодые и симпатичные. Есть профессии, которые определяют судьбу мира, державы, целых поколений. Первая – учитель, если есть грамотный учитель - будет образованной страна. Вторая – врач, если будет хороший врач, будет здоровое население. Третья – инженер, если он изобретет хорошую машину и будет эксплуатировать, четвертое, пятое, а, может быть, второе или третье, рабочий и крестьянин, без них ничего нет на этом свете. Дальше идут военные, научные работники. Их зарплата должна определять все основные зарплаты. Кстати, в Европе так, в Америке так.

     Павлова: Сейчас проблемы современного образования именно оттого, что у педагогов низкие зарплаты. Неужели от того…

     Зюганов: Что такое учитель? Ты должен хорошо одеться, ты должен прийти в хорошем настроении к детям. У тебя должна быть вся литература под рукой.

     Павлова: А у вас получалось?

     Зюганов: У меня получалось. И я горжусь этим. Понимаете, учитель должен иметь возможность выписывать художественную литературу, периодику, он должен многое видеть, слышать, в противном случае он не сможет быть настоящим учителем, в чем мы все заинтересованы. А сегодня бедного учителя затуркали, в начальных классах жалкая зарплата, квартиры нет, помощи нет. Почему Советская власть начала с учителя, в 30-е годы было основано сто вузов, которые готовили учителей? Учитель даже в самые суровые годы получал приличную зарплату. Учитель, священник и милиционер самые уважаемые люди были в российской и русской деревне.

     …Кстати, мои родители передали мне очень уважительное отношение к вере. У меня вера гораздо больше и сложнее. Но я считаю, что вера, надежда, любовь и мать их мудрость, это то, на чем живет и зиждется все человечество. Человек без веры для меня очень опасен. У каждого, впрочем, своя вера.

     Павлова: Вы говорили, что большая ошибка большевиков, что они первые разрушали храмы.

     Зюганов: Может быть, я один из немногих политиков, кто изучал Библию. На Кавказе изучал Коран. Когда читал Библию, ахнул: половина пословиц, которые я знаю, оттуда. Нагорная проповедь Иисуса Христа и «Моральный кодекс строителей коммунизма» - положите рядом, один в один списан. Причем «Нагорная проповедь» написана лучше, я считаю, более духовно. А главный лозунг коммунизма – из послания апостола Павла финикийцам «Кто не работает, тот и не ешь». Изменились только одно слово. Когда я услышал хор в «Войне и мире», то спросил Бондарчука, откуда этот хор, он сказал, что не из Большого театра, а из Свято-Троицкой Лавры, они пели не только умом и сердцем, они душой пели. Хоровое пение – удивительное, уникальное состояние души. Я с уважением отношусь к верующим, хотя моя вера, может быть, шире. Я вижу судьбу России, верю в натруженные руки рабочего и крестьянина, верю в нашу русскую идею, Поэтому я и сказал, что первым коммунистом нового тысячелетия был Иисус Христос.

     Павлова: А вы крещенный?

     Зюганов: Крещенный.  Кстати, у нас дома всегда отмечали все советские праздники. Мы относились к ним с большим уважением. Мой отец был беспартийным, но он мне сказал: «Запомни сын, ничего лучше, добрее и светлее Советской власти на этой земле не было и не будет». Были перекосы и ошибке. Но когда во главе всего стоит труд, человек, гуманизм, хорошее образование и социальная защита, это очень гуманно… Но мы отмечали и все православные праздники. Я могу все их вам перечислить. У нас Казанский престольный праздник был, 21 июля отмечали летний, а 4 ноября осеннюю казанскую. Сейчас, правда, назвали праздник народного единства, снова перепутали, потому что Минин и Пожарский взяли Кремль 7 ноября, надо было 7 ноября отмечать…

     Павлова: Геннадий Андреевич, Вы говорили о русском характере, говорили «натруженные руки», «русская душа». До этого вы нам предлагали небольшую экскурсию по русскому направлению. Там были интересные названия «Спасово-Лутовиново», «Ясная поляна», там жили и творили наши классики. А вот вы сами из села с гораздо менее благозвучным названием, оно «Мымрино» называется. Есть и другие названия; «Черная грязь», «Волковойня», «Хрябово»… Очевидно, что-то есть такого в русском характере, почему у нас так много названий депрессивного характера

     Зюганов: У нас первая деревня, если поедете от Орла, - Воля, затем деревни Первый воин, Второй воин и Третий воин и дальше идет Становой колодезь. Можете себе представить, эти названия рождались в походах, боях, победах, трудностях. Что касается того, что мы депрессивный народ, - мы не депрессивный народ. Мы потрясающий народ. Я от Балтики до Тихого океана был везде. Когда я на Сахалине повернулся спиной к Тихому океана и глянул в сторону Байкала, то подумал: «Неужели бездари могли такой кусок отвоевать, защитить, сохранить в самых экстремальных условиях?». Нас двадцать раз сжигали. Но мы выстояли, выдержали, возродились. У нас в характере есть, с одной стороны, невероятное терпение, надо проявить жуткое терпение, чтобы выдержать все это.

     На  этих просторах в одиночку невозможно справиться. Чувство локтя, коллективизма, братства, крестьянское общение. Мы единственные в мире создали целую сеть воинских подразделений из хлебопашцев – казаков. Казаки  - это единственные люди, которые с винтовкой за плечами пахали землю и обороняли от Тихого Дона до Тихого океана границу в десять тысяч километров. Турки пытались сделать, болгары – у них ничего не вышло. Это то, в чем наша русская судьба, которую нужно ценить и оберегать. Сейчас приезжают: всё не так! Только за то, что мы трижды прикрыли Европу от нашествий, они нам обязаны памятник поставить. А что касается названия Мымрино, то мне оно кажется хорошим, я его называю «уголок Москвы». Село по форме похоже на наш стол. Кстати, в деревне великолепный был коллектив. Деревня первая построила клуб своими руками. За хлебозаготовки, которые сдали, первую машину купили, сейчас помню ее номер – 25-20, ее называли поллитровка. Столько стоила в советское время бутылка водки. У нас педагогический коллектив ставил спектакли, которые возили в райцентр. Все смотрели, все учителя играли. Я с детства участвовал в постановках. В интермедиях, с удовольствием и сейчас это делаю.

     Павлова: А вам, как политику, что больше пригодилось, умение разбираться в точных науках или гуманитарная жилка?

     Зюганов: Наверное, все пригодилось. С одной стороны, пригодилось то, что я умею и люблю трудиться. У меня родичи сказали: талант – это 5 процентов, а остальное – это труд. И я просыпаюсь в пять и ложусь в полпервого. У меня просто нет выходных.

     Огнева: Мне кажется, вы еще и романтик.

     Зюганов: Да, я большой романтик, я обошел все маршруты на Кавказе, я шесть раз на Эльбрус поднимался, я обошел все маршруты Донбая. Цейское ущелье – это самое потрясающее место на земле. Представьте себе – полуподкова из 15 гор, более 4 километров.

     Огнева: У вас такая бурная общественно-политическая жизнь!

     Зюганов: Зато я успеваю, на час раньше встаю.

     Павлова: Это, наверное, редкая привычка, когда там кролики, пчелы.

     Зюганов: Там сама жизнь вынуждала тебя каждый день. Невозможно брать пчел, когда идет взяток, невозможно их оставить, когда их нужно покормить. Невозможно не дать кроликам корм в течение дня, нужно накосить, собрать, подать. Невозможно не выгулять птицу. Да и для пастухов работа.

     Павлова: Геннадий Андреевич, а что вас, обычного преподавателя, заставило в свое время оставить профессию и уйти в политическую карьеру?

     Зюганов: Вообще говоря, у меня выбор был. С одной стороны, я очень любил точные науки. Я мог решить любую задачу, очень сложную. Особенно я любил читать обществоведение, когда у нас вывешивали газету, я стоял у нее, пока не прочитывал.

     Огнева: А политические амбиции?

     Зюганов: Отец ходил на одной ноге с костылем в соседнюю деревню и каждую неделю рассказывал мужикам, что напечатано. Он впитывал много газет. Пока я не прочитаю в газете или журнале статью о пчеловодстве, он от меня не отставал. Может быть, приучил меня к этому. Политика – очень хорошая вещь. В математике, что открыли сто лет назад, то и сейчас действует. В политике приходится каждый день просматривать. У меня есть ночная норма, когда за ночь должен  сделать обзор всех первых агентств и всех ведущих лиц. Утром прочитаю сводку 30-40 страниц и должен их быстро прочитать, иначе не готов ни к комментариям, ни к оценкам.. Если куда-то отъехал на два-три дня, то потом должен пару часов изучать, вникать. По тысяче писем в день, на все отвечаю. Многие даже не разберут, а я отвечаю. Я знаю, что по каждому моему второму запросу очень помогают. Иногда помогают даже мои злобные противники. Вдруг приходит жалобщик и говорит: спасибо, десять лет маялся, ты помог. Выясняю: мой противник жесткий отписал в отдел, а там сидит человек, который учился у меня. Говорит, в стенку бы разбился, но все сделал.

     Павлова: Но политических амбиций, с точки зрения строительства карьеры, если так сформулировать, у вас не было?

     Зюганов: У меня было несколько умных учителей, я считаю, что именно они выстроили моё будущее, карьеру. Был Михайлов, ректор моего университета. Он позвал меня: мы хотели бы избрать тебя секретарем профсоюзной организации. А у нас почти десятитысячный коллектив. Я не собирался, вернулся из армии, учился, мне было интересно. Но уговорили. И я там прошел уникальную школу. По ступенечкам прошел. Меня никто не тащил за уши. Но моим первым учителем является Иванов Альберт Петрович, он работал у нас в Орле, потом здесь министерство возглавлял. Человек большого государственного ума. Блестящий оратор, великий писатель, кстати, стихи хорошо пишет. А вот недавно выпустил «Историю Государства российского в лицах и образах». Если будет интерес, найдите эту книгу, дети будут благодарны.

     Огнева. Кстати, у вас на сегодняшний день семь внуков и одна внучка. Скажите честно, вы хотели бы, чтобы ваши внуки жили как в советское время или как-то по-другому?

     Зюганов: Вершиной цивилизации мировой было советское время. При всех «за» и «против» полуграмотная страна за 10 лет строит 6 тысяч лучших заводов. Полуграмотная страна рождает лучшие в мире науку и образование. Страна, которая три раза подряд терпела три жутких разгрома – Крымскую войну продула, проиграла японскую и первую мировую войну, становится потрясающим победителем над фашистским рейхом, который раздавил всю хваленую Европу в считанные дни, Францию расколотил за 44 дня. Когда наша армия одержала Победу на Волге, во всех столицах мира улицы, площади были названы именем Сталинграда. Вдумайтесь! Если бы мы тогда сломались, то, может быть. жили совсем в другом мире. Это был бы жуткий мир тысячелетнего рейха, где треть человечества была бы просто истреблена и сожжена в топках.

     Наша  страна за 10 лет залечила раны и вырвалась  в космос. Когда американцы об этом узнали, они были шокированы. Приехали сюда целой комиссией: как они могли улететь? И вдруг делают открытие: победили мы на школьной парте и на студенческой скамье. У них среди 200 страниц отчета есть глава: «Что знает Иван, и чего не знает Джонни?». И вложили после этого в свое образование в 10 раз больше.

     А у нас сейчас Фурсенко притащил в  Думу закон об образовании, где из 19 предметов, оставили 11, из 11 он выбрал физкультуру - раб должен быть здоровым, ОБЖ – чтобы отбиваться на лестничной площадке и бороться с терроризмом, «Россия в мире» - этого предмета нет, но пишут, раб должен знать своего хозяина, его язык, и еще предмет по выбору. А дальше из оставшихся предметов, если выбираешь русский язык или литературу, то история не помещается. Если выбрать физику или математику – химия и биология не попадают. На стыке этих четырех дисциплин родились все последние главные открытия в мире. Готовят дебилов для новых хозяев!

     И все это сейчас коснется каждого. Какое бы у вас не было настроение, но если у вас не будет грамотных детей…

     Я очень хочу, чтобы мои дети взяли  всё лучшее из советской истории, из тысячелетней истории России и гордились ею. Хочу, чтобы они знали мировую культуру в смысле религий и веры как таковой. Одновременно помнили, что гуманизм определяется, прежде всего, по отношению к детям, женщинам, старикам. И суть любой политики строится в этом треугольнике, если им хорошо, всем остальным будет хорошо.

     И еще одно. Меня судили сотни раз, запугивали, допрашивали. Но я давно понял: если ты пришел с тяжелым настроением домой, то это неизбежно отложится на самом слабом – на ребенке, на женщине, на старике. Поэтому я всегда прихожу домой с хорошим настроением, достаю блокнот и говорю: записывайте, всё сделаю, всё сделаю. Всех выстроил, проверил, учебники, тетради и уложил спать. С детьми надо говорить на их языке, но всегда серьезно. 

     Павлова: Вы у них любимый дедушка?

     Зюганов: Ну, они знают, что я о них забочусь, всегда о них переживаю.

     Я всегда людям стараюсь помогать. Вот  Валя Толкунова, очень рано ушла из жизни. Мы с ней дружили. Она лихачка была. У нее было одно золотое правило: сделать одно доброе дело каждый день. И второе: никому не мешать.

     Павлова: Вы уже неоднократно ответили на все вопросы, которые задают наши слушатели.

     Зюганов: Счастье это то, когда тебя понимают и любят.

Метки текущей записи:
 
Статья прочитана 155 раз(a).
 
Оставьте свой отзыв!