«Итальянскую забастовку» эсеров в Думе комментирует депутат фракции КПРФ, академик РАН Борис Кашин

«Итальянскую забастовку» эсеров в Думе комментирует депутат фракции КПРФ, академик РАН Борис Кашин

2012-05-30 22:38
Мария Пономарева, Сергей Шурлов, Александр Газов ("Особая буква")
 

Насколько эффективна «итальянская забастовка» в российском парламенте? Депутаты-эсеры, пытаясь помешать прохождению скандального законопроекта об ужесточении штрафов за нарушения на митингах, решили устроить единороссам «итальянский троллинг» — то есть всячески затянуть процедуру принятия документа. Ситуацию прокомментировал Борис Кашин, академик РАН, депутат Государственной думы (фракция КПРФ). 

«Итальянская забастовка», которую обещали устроить депутаты Илья Пономарев и Дмитрий Гудков своим коллегам из «Единой России», фактически оказалась сорванной. Предполагалось, что оппозиционеры внесут в законопроект о драконовских штрафах за нарушения на митингах так много поправок ко второму чтению, что профильный комитет Госдумы не сможет их рассмотреть. Но 380 изменений комитет обсудил всего за два часа.

Итальянская забастовка — форма протеста наряду с забастовкой и саботажем, заключающаяся в предельно строгом исполнении сотрудниками предприятия своих должностных обязанностей и правил, ни на шаг не отступая от них и ни на шаг не выходя за их пределы. Иногда итальянскую забастовку называют работой по правилам, по-английски work-to-rule. Впервые такая борьба за свои права стала применяться в Италии, отсюда и название в начале XX века. По некоторым сведениям, это были итальянские летчики, которые, борясь за свои права, договорились делать все строго по инструкции. В результате число полетов значительно сократилось. По другим источникам, впервые это сделали итальянские полицейские.

Нужно понимать, что процедура внесения, обсуждения и принятия правок в законодательные акты четко прописана в регламенте нижней палаты. На деле это выглядит так: депутат присылает в профильный комитет Госдумы свои поправки, оформленные надлежащим образом, в определенный срок. После чего юристы комитета к его заседанию готовят сводную таблицу всех поправок. Во время заседания комитета, на которое могут прийти и авторы изменений, поправки обсуждаются. Потом члены комитета голосуют отдельно по каждой поправке — внести ее в таблицу отклоненных или принятых.

Уже непосредственно при рассмотрении закона в зале пленарных заседаний докладчик от комитета рассказывает палате о сводной таблице поправок и рекомендациях комитета. После прений Дума голосует. Все, документ либо принимается, либо отклоняется.

Идея Пономарева и Гудкова-младшего задавить закон о митингах предложениями изначально выглядела малоубедительной для тех, кто, например, хоть раз следил за процессом принятия Госдумой бюджета. Обычно там поправок не три сотни, а тысячи. И ничего — еще не было такого, чтобы работники думского аппарата с ними не справились. Не спят по две недели, ночуют на Охотном Ряду, но депутаты все предложения получают в положенный срок.

Было крайне легкомысленным думать, что комитет по госстроительству, который отвечает за закон об ужесточении штрафов за нарушения на митингах, не справится с поправками эсеров. Нельзя забывать, что через этот комитет проходят все кодексы и конституционные законы. Несмотря на то что председательствует там единоросс Владимир Плигин, аппарат в свое время набирал Анатолий Лукьянов, возглавлявший эту структуру два созыва. А советские чиновники уровня последнего председателя Верховного Совета СССР на работу берут исключительно профессионалов. И хотя часть поправок Пономарев и Гудков-младший внесли всего за два часа до окончания срока подачи, все предложения были оформлены и вынесены на комитет.

На заседании рассмотрели все 380 поправок ко второму чтению законопроекта, многие обсуждены и все проголосованы, некоторые учтены полностью, некоторые — частично. 20 решено рекомендовать принять. Стенограмма заседания будет опубликована в пятницу на сайте комитета.

Эсеры планировали довести процедуру до абсурда, но, по сути, усложнили жизнь лишь рядовым работникам Думы. Более того, «Единая Россия» теперь может смело говорить, что оппозиционеров выслушала и часть замечаний учла.

Коммунисты же, как пояснил депутат Вадим Соловьев, и вовсе не намерены участвовать в процедуре написания закона, против которого они выступают в принципе.

Комментирует Борис Кашин, депутат Государственной думы, КПРФ

Предложенный депутатами от «Справедливой России» способ борьбы с поправками в законодательство, которые предусматривают резкое увеличение штрафов за беспорядки на массовых акциях, изначально казался мне малоэффективным. И я оказался прав.

Сегодня мы видим, что на заседании профильного комитета Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству предложенные эсерами более 300 поправок фактически не обсуждаются. Идет простое голосование по каждой. Ведь в ситуации, когда из 12 членов комитета семеро из фракции «Единой России», даже коалиционные силы оппозиционных депутатов поделать ничего не могут.

Единороссы здесь хозяева. Захотели — изменили регламент голосования. Определили для каждой поправки, к примеру, минуту. Или еще меньше. Проголосовали за изменение регламента и быстренько отмели-отщелкали все предложения.

Депутаты от «ЕР» во время первого слушания поправок об ужесточении штрафов пообещали оппозиции смягчение итоговых сумм в ответ на отказ тех от бойкота заседания. Но никаких данных о том, какими будут штрафы в конечном итоге, пока нет.

Единственным эффективным методом борьбы с данной инициативой в сегодняшней ситуации было бы сильное возмущение общественности. И мы сейчас наблюдаем со стороны граждан выражение своего негодования и недовольства. Но, к сожалению, оно не массовое.

 

Материал подготовили: Мария Пономарева, Сергей Шурлов, Александр Газов

 

 

 

 
Статья прочитана 81 раз(a).
 
Оставьте свой отзыв!