С. Обухов: Кремль велит элите не грызться и воровать умеренно

С. Обухов: Кремль велит элите не грызться и воровать умеренно

Путин громкими посадками закручивает гайки, чтобы обеспечить транзит власти.

Фото: Алексей Дружинин/ТАСС

«Свободная пресса» попросила читателей ответить на вопрос: «В Казахстане власть сменилась через 30 лет. Для России такой вариант подходит?»

Большинство — 38,7% - проголосовавших сошлись на том, что «власть должна меняться максимум через два срока, как во всем мире». 27,7% сочли, что «в России, как и в Казахстане, нужны перемены сейчас, а не через 30 лет».

19,8% посчитало, что несменяемость власти — «признак застоя», и только 6,4% - «признак стабильности». Еще 7,5% решили, что «России не нужны перемены во власти».

Наш опрос, понятно, Америки не открыл. Но в нем виден общий тренд: усталость российского общества от действующей власти, и предчувствие кризиса этой власти.

Действительно, Владимир Путин находится во главе государства рекордный срок. Он, конечно, не дотягивает до Иосифа Сталина, который находился у власти с 1924 по 1953 год, то есть около 30-ти лет. Но управляет страной дольше, чем Леонид Брежнев, срок правления которого продолжался с 1964 по 1982 год.

Причем, формальный уход Путина с поста президента в 2024 году перемен не гарантирует. 21 марта Bloomberg сообщил со ссылкой на трех источников, близких к Кремлю, что представители российской правящей элиты оказывают давление на Путина, чтобы он оставался президентом РФ как можно дольше.

По данным агентства, один из возможных сценариев основан как раз на примере Казахстана — Владимир Путин передаст ключевые президентские полномочия Совету безопасности или Государственному совету и возглавит их. Как заявил Bloomberg политический консультант Кремля Андрей Колядин, переходный вариант, используемый Казахстаном, может удовлетворить политическую элиту, которая захочет иметь «арбитра» после передачи власти преемнику.

 И хотя прессе-секретарь президента Дмитрий Песков назвал информацию о сценариях по сохранению у власти Путина «вольными упражнения», можно не сомневаться: вопрос транзита власти в повестке Кремля стоит на первом месте.

По мнению политологов, именно в рамках решения задачи транзита 26 марта сотрудниками ФСБ был задержан экс-министр по делам «Открытого правительства», миллионер (по версии Forbes, его состояние $ 600 млн.) Михаил Абызов. Его подозревают в участии и создании организованного преступного сообщества с использованием служебного положения (и особо крупном мошенничестве. При этом единственные претензии к Абызову у госструктуры «Алмазювелирэкспорт» — ущерб для нее составил 10 млн. рублей.

А двумя днями позже, 28 марта, в Москве был задержан, а затем отправлен под домашний арест политический тяжеловес — экс-губернатор Хабаровского края (руководил краем с 1991 года в течение 18 лет), экс-полпред президента в ДФО, экс-вице-президент «Роснефти» Виктор Ишаев. Следствие обвиняет его в хищении средств нефтяной госкомпании: он якобы обеспечил заключение «по явно завышенной стоимости» договоров аренды помещения площадью 280 кв. м для нужд представительства компании в Хабаровске с принадлежащей ему коммерческой организацией, нанеся тем самым «Роснефти» ущерб в 5 млн. рублей.

Обвинения, предъявленные Ишаеву, стали беспрецедентными. Никогда еще отставник со столь богатой политической биографией не становился объектом пристального внимания правоохранительных органов. При этом Дмитрий Песков сообщил, что Владимир Путин проинформирован о задержании Ишаева, но каких-либо оценок происходящего высказано не было: «Это было бы воздействие на органы, что недопустимо».

Между тем, аналитики уверены: все происходящее — не что иное, как приведение элиты к присяге Путину, необходимое для транзита. И жесткость формата этой присяги доказывает, что Кремль постарается удерживать внутриполитический статус-кво максимально долго.

— В деле Виктора Ишаева немало странного: правоохранители начинали с обвинения его в хищении миллиардов рублей, а закончили переплатой при аренде каких-то офисов, — отмечает секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук Сергей Обухов. — Это говорит о том, что идет схватка бульдогов под ковром.

На мой взгляд, ключевое в арестах Абызова и Ишаева — это сопоставимые моменты. Абызов — жесткий либерал, и его «Открытое правительство» — едва ли не главная структура по разрушительным реформам, включая пенсионную. Можно сказать, все людоедские реформы в России легализовались через Абызова всевозможными либеральными мозговыми центрами, начиная с Высшей школы экономики.

Именно поэтому нелибералы радовались, когда Абызова арестовали. А теперь пришла «ответка», в духе политики баланса и противовесов — арест Ишаева.

«СП»: — То есть, Ишаев — это человек с противоположного фланга?

— Напомню, что Ишаев на Госсовете в нулевых годах докладывал альтернативную антилиберальную программу. В ней участвовал академик Сергей Глазьев, и для левой оппозиции программа Ишаева была чем-то вроде знамени.

И вот Владимир Владимирович уравновесил счет: мол, вот вам борьба с коррупцией на либеральном фланге, а вот — на нелиберальном фланге.

 «СП»: — В чем реальная подоплека арестов?

— Все наблюдатели понимают, что борьба с коррупцией в данном случае — только дубина, с помощью которой ведутся внутриклановые разборки. Проблема сокращения кормовой базы элиты продолжает оставаться актуальной, и каждый клан норовит выгрызть конкурирующий, что называется, с мясом.

Но Абызов и Ишаев, я думаю, пострадали за другое — за генерирование внутриэлитных склок. В условиях западных санкций, в условиях транзита власти всем кланам со стороны Кремля сказано «ша» — сидеть тихо. Не грызться, поджать хвостики, воровать умеренно — смотреть царю в рот, и не раскачивать жердочку, на которой все они сидят.

«СП»: — Как Абызов раскачивал эту жердочку?

— Он, на мой взгляд, имел контакты с нежелательными для Кремля людьми. Я имею в виду, прежде всего, Михаила Ходорковского и Альфреда Коха. Из-за контактов с ними, кроме того, Абызов мог быть объектом интереса западных спецслужб.

«СП»: — А Ишаев?

— Он был генератором внутриэлитных склок в Дальневосточном федеральном округе. Не стоит забывать, что губернатор Хабаровского края Сергей Фургал, который выиграл выборы осенью прошлого года у единоросса Вячеслава Шпорта, будучи кандидатом от ЛДПР, хорошо отзывался об Ишаеве. А также рассказывал, что единороссы пытаются стать оппозицией новому краевому руководству.

Победа Фургала — это одновременно одно из самых болезненных поражений «Единой России» в регионах. Напомню, что в Хабаровском крае поддержка «Единой России» составляет всего 10%, а ЛДПР — 30%. В такой ситуации «поневоле» начнешь сажать оппонентов — тех, кто раскачивает жердочку, и подводит партию власти под монастырь.

Но в обоих кейсах, как модно сейчас говорить — именно генерирование внутриэлитных конфликтов.

«СП»: — Коррупционная составляющая в этих случаях все же имеет место?

— Ничего не буду утверждать. Скажу очевидную вещь: все представители элиты в России занимаются примерно одним и тем же.

Повторюсь, Абызов и Ишаев перешли границу в другом: начали раскачивать жердочку, и провоцировать склоки внутри стаи.

«СП»: — Закручивание гаек внутри элиты сказывается на настроениях в российском обществе?

— Я считаю, не сказывается. Опросы показывают, что две трети граждан прекрасно понимают: нынешние посадки — это разборки внутри правящих кланов. К обществу это не имеет прямого отношения.

Другое дело, это сказывается на отношении граждан к власти. Предварительные социологические замеры показывают, что рейтинг Путина снова начинает проседать — после некоторого периода стабилизации. Значит, вслед за репрессиями внутри элиты следует ждать ужесточения репрессий в отношении оппозиции.

— События последних дней говорят об одном: прежняя консенсусная внутриэлитная модель в России начинает пересматриваться, — уверен декан факультета социологии и политологии финансового университета при правительстве РФ Александр Шатилов. — Консенсус был хорош в тучные нулевые годы, и довольно долго способствовал консолидации российской элиты и стабильности государства. Но после 2014 года Россия вступила в мобилизационный период, и консенсус элит превратился в паралич элит. Сегодня очевидно: требуются какие-то новые внутриэлитные формы взаимодействия, потому что заниматься плюрализмом в условиях войн, пусть и холодных, — крайне сложно.

В последнее время в элите наблюдалась конкуренция между теми, кто стремится к суверенитету РФ, и тех, кто готов замириться с Западом любой ценой. И арест Абызова, — ключевого человека из команды Анатолия Чубайса, — укладывается именно в логику геополитического противостояния.

С Ишаевым тоже ситуация непростая. Хотя он был из крепких хозяйственников, он являл собой тип ельцинского губернатора — ненадежного, с точки зрения Кремля. Думаю, к Ишаеву возникли претензии именно по поводу лояльности.

Есть здесь и другой важный момент. Сегодня в российском обществе существует запрос на посадки — запрос на чистку элиты. Кремль, решая собственные проблемы с элитой, отвечает громкими арестами еще и на этот запрос.

Андрей Полунин

Андрей Полунин

Материал комментируют:

https://svpressa.ru/politic/article/228799/

 
Статья прочитана 66 раз(a).
 
Оставьте свой отзыв!