Человек-скала: Легко ли быть Зюгановым?

Леонид Зюганов: «Не устану благодарить деда за науку любить людей и Родину, за то, что научил смотреть на жизнь».

Материал комментируют:
На фото: лидер КПРФ Геннадий Зюганов на Красной площади. (Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС)

26 июня исполняется 80 лет лидеру КПРФ, Геннадию Андреевичу Зюганову.

Политику, своими глазами видевшему смену кардинально разных эпох в истории великой страны. Патриоту, всей душой любящему свою Родину.

Многие из нас видят лишь какую-то часть его многогранной большой натуры, но каково это на самом деле — быть Зюгановым?

Внук Геннадия Андреевича, член КПРФ, депутат Мосгордумы Леонид Зюганов, в эксклюзивной беседе с «СП» дал честный ответ на этот вопрос.

— Временами — довольно легко, а временами — действительно, крайне сложно, — признается он.

— Сложилось так, что мои родители, и другие родственники, как и сам Геннадий Андреевич, закончили школу с золотой медалью. И вроде бы мне не в кого, как говорили многие, оставаться неучем, но я всегда, наверное, подспудно чувствовал, что на мне лежит очень большая ответственность за такую известную в политическом поле родной страны фамилию. Поэтому я отдавал себе отчет в том, что, имея такого деда, мне нужно было обладать большим кругозором, много чего понимать в самых разных сферах, начиная от правил этикета и заканчивая точными науками. В общем, как пел в свое время легендарный Виктор Цой, «следи за собой, будь осторожен».

Надо сказать, что Геннадий Андреевич на пути к самосовершенствованию был для меня самым большим стимулом и идеалом, к которому я всегда стремился. Он вдохновлял одним только своим видом, потому что Геннадий Андреевич — это всегда глубина. Глубина во всем — в интеллектуальной ли сфере, в творчестве ли, самая настоящая машина всеобъемлющей памяти и информации, по-другому и не скажешь.

А еще у Геннадия Андреевича есть удивительная личная суперспособность, суперсила — называйте ее, как угодно. Даже у очень сильного со всех сторон человека случаются минутные слабости, когда он впадает в отчаяние или выглядит подавленным, но за все 35 лет своей жизни я не видел такого у своего любимого деда. Что бы ни случалось на улице, в семье, в политической жизни страны — его глаза не выражали ни тени сомнения, он всегда выглядел предельно собранным и абсолютно готовым к любому повороту событий. Даже в самый тяжелый для него период -­ время распада Советского Союза. Вынести это на своих плечах, сохранив при этом партию и не отказавшись от левых идей, мог только человек-скала, каким Геннадий Андреевич и является.

«СП»: Но ведь вы тогда были еще маленьким ребенком, как вы могли это заметить и тем более оценить?

— Да, мне тогда было совсем мало лет, я еще мало что осознавал, тем более в большой политике, но каким-то образом я очень хорошо запомнил крайне нервное настроение тех времен, то напряжение, с которым мама и папа разговаривали по телефону, всю тревогу, которая сквозила в каждом их слове в разговорах с людьми, когда мы бывали у деда на даче в Снегирях. Но даже тогда Геннадий Андреевич был всегда внутренне собран и готов к любому повороту событий, и эта уверенность передавалась окружающим на уровне каких-то флюидов.

«СП»: Вероятно, именно поэтому вы в детстве мечтали стать «чемоданом»?

— О, да, это интересная история. С раннего детства бывая у дедушки в Снегирях практически каждые входные, я видел множество людей, которые приходили к Геннадию Андреевичу с огромными папками и внушительными кейсами, что-то бурно обсуждали, о чем-то спорили. И дед частенько разрешал мне присутствовать при этих разговорах, как говорится, сидя у него в ногах, поскольку мне это все было безумно нравилось.

И каждый раз он объяснял мне потом, что приходил тот или иной дипломат, представляющий интересы определенной мировой державы. Настолько сильно это поражало меня тогда, что, помню, когда нам в детском саду задавали вопрос «кем ты станешь, когда вырастешь?», то кто-то говорил — летчиком, кто-то — пожарным, а я всегда забывал слово «дипломат», но помня, что у папы быль большой красивый чемодан, с гордостью отвечал — «чемоданом». Слыша это, мама мне всегда напоминала — будешь плохо учиться, сынок, непременно чемоданом и станешь.

«СП»: Сейчас вы — серьезный политический деятель. Какой самый большой урок извлекли из своего детства, проведенного рядом с таким дедушкой?

— Дед научил меня, что везде, всегда и во всем должна быть система. При этом не важно, что именно ты делаешь — выполняешь ли зарядку (которую, кстати, надо было обязательно выполнять каждое утро), читаешь ли книгу. Он очень хорошо научил меня не высказывать суждение по тому или иному вопросу, предварительно не изучив его со всех сторон, во всех цифрах, во всех фактах.

А еще дедушка научил меня (а этому его, в свою очередь, научила мама, моя прабабушка, Марфа Петровна) любить Родину, и прежде всего ­- любить людей. Я сызмальства видел это — где бы мы не были, дедушка подходил к любой уборщице, к любому рабочему, пожимал им руки, спрашивал, чем может помочь. И никогда я не видел с его стороны снобизма, который характерен некоторым нашим политикам — дескать, не по рангу мне, политическому деятелю, с работягой каким-то ручкаться.

«СП»: Ну и теперь главный вопрос — глядя на жизнь с высоты прожитых вами лет, легко ли быть Зюгановым?

— Это очень большая ответственность, но только уже не просто перед фамилией, а перед партией, перед всеми теми людьми, с которыми мы работаем, чьи вопросы мы решаем, и которые смотрят на нас с надеждой. Однажды мы сошлись в жестких дебатах с одним либералом, который начал кричать, дескать вы, коммунисты, хотите, чтобы на Руси не было богатых. А мы на самом деле хотим, чтобы в России не было бедных.

Именно поэтому мы боремся за каждого учителя, который зарабатывает по непонятным причинам в разы меньше, чем любой топ-менеджер какой-нибудь корпорации. Поэтому мы выступаем за распределение доходов внутри государства. Поэтому мы ратуем за социально ориентированную экономику и честный суд, за развитие научно-промышленного потенциала страны, чтобы Россия вновь стала великой.

«СП»: Если представить, что у вас в день юбилея Геннадия Андреевича Зюганова есть возможность по-родственному сказать только одно, но главное «спасибо» вашему деду, за что именно вы его поблагодарили бы?

— Много за что. Я бы сказал ему «спасибо за жизненную науку» и как сложившийся политик, понимающий все нюансы и хитросплетения, и просто как внук. Впрочем, главное «спасибо» Геннадию Андреевичу от меня — за суперправильную жизненную науку, за его стойкость и несгибаемость пред любыми трудностями, за его силу духа и воли.

P.S. А редакция «СП» от всей души поздравляет Геннадия Андреевича с Днем рождения и искренне желает ему неиссякаемых душевных и телесных сил пред лицом любых невзгод, которые посылает настоящим патриотам своей страны наше нелегкое время.

Судьба человека

Все материалы по теме (8)

svpressa.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Next Post

Юбилей Г.А. Зюганова (фоторепортаж)

Ср Июн 26 , 2024
Юбилей Г.А. Зюганова Post Views: 1 469

Рубрики