Александр Анидалов в программе «Нестандартный разговор»

Александр Анидалов в программе «Нестандартный разговор»

Гостем программы "Нестандартный разговор" стал саратовский коммунист Александр Анидалов. Ведущая Елена Балаян решил узнать у главы горкома КПРФ о причинах, побудивших его провести одиночный пикет с требованием отставки главы города Олега Грищенко.

Здравствуйте, с вами программа нестандартный разговор. Нашего сегодняшнего гостя можно без преувеличения назвать мастером политического перфоманса. Проводить пикеты и митинги с разной степенью провокационности – его основная работа.

Вот и на днях он вышел под стены саратовской думы с одиночным пикетом. Требование было только одно – отставка главы города Олега Грищенко. О целях и мотивах этой и других подобных акций, мы сегодня и поговорим. Наш гость – самый молодой саратовский коммунист, глава Саратовского горкома КПРФ Александр Анидалов.

- Здравствуйте Александр Юрьевич, спасибо что вы к нам пришли.

- Здравствуйте.

- Давайте сразу по вашему одиночному пикету, который вы устроили на днях. Зачем вы на него вышли?

- Какой пикет вы имеете в виду? Потому что за последний день я был, наверное, в 5 одиночных пикетах.

- Да вы что? Я знаю только об одном, в котором вы требовали отставки Олега Грищенко.

- Значит мы плохо работаем, раз вы знаете только об одном. Нам запретили в выходные дни все виды митингов, пикетов, шествий. Поэтому у нас сейчас идет такое противостояние с властью. Последние пикеты я пытался проводить на ярмарке. Там у нас молодежь «красную карусель» проводила.

- Но с последним пикетом вы же вышли к думе?

- С последним да. К думе мы выходили именно по претензии к Грищенко. Я уже говорил не раз, в нашу приемную приходят люди, причем за зиму многие с переломами, потому что на улицах города неубранный лед, снег и так далее. Куда вы смотрите депутаты? Почему? Что творится на дорогах? Почему вы допускаете, коммунисты? Почему молчите?

Слыша все это мы и вышли в этот одиночный пикет. Но у него была некоторая предыстория. Мы обращались и к Радаеву и к Грищенко и говорили: мы понимаем, виноваты не вы, вернее не только вы виноваты, нет денег у области, у города денег нет. Хорошо, давайте мы выйдем и проведем митинг, как это было по электричкам. Вместе убедим президента, правительство, что нет у города и области денег.

Нет – это все они нам запретили. Ну, тогда извините, вы «попали». Коль вы не хотите, чтоб мы к федеральной власти обращались, получается, будем бить по вам. Одиночные пикеты – это единственная форма, которую мне нельзя запретить. Поэтому была выбрана эта форма.

- Как вам депутат Иванцов, который подошел к вам в прекрасной этой майке с изображением Путина и надписью «Все путем будет»?

- С Иванцовым мы в свое время встречались на центральном телевидении в передаче «Пусть говорят» по Сталину. Там у нас с ним были весьма жесткие столкновения. Не могу сказать, что мы получаем удовольствие от этого общения. Но почему-то он не преминет к нам обратиться, нас поучить немножко, рассказать, как надо делать. С другой стороны я ничего не имею против. Если народ его избрал, то пусть он послушает мнение народа.

- Почему вы не получаете удовольствие? Вообще мне кажется, что Иванцов один из самых свободных депутатов в городской думе. Потому что вот вы, например, не можете себе позволить прийти в майке с изображением своего кумира. Вы вот пришли на передачу в скромном черном джемпере.

- Ну, работа у меня сейчас такая.

- Вот у вас есть кумир, например?

- Конечно, есть.

- Кто же? Только не говорите, что Зюганов, пожалуйста.

- Во-первых, я скажу что Зюганов, конечно же. Но начнем все-таки с Маркса, Ленина. Когда меня спрашивают: вы что реально верите в коммунизм, как это можно? Я говорю, что я вообще-то ученый, у меня не религиозное мировоззрение, причем тут вера? Я пришел в партию, потому что я почитал Маркса, я понял всю его гениальность. И главное, что Маркс — это не политик, это ученый.

Он всего лишь навсего открыл определенные законы. Можно верить или не верить в законы Ньютона. Но когда яблоко по башке стукнет, в лучшем случае яблоко, а то и ракета какая-нибудь ядерная, то ему по барабану, веришь ты в него или нет. Поэтому я говорю, как ученый для меня конечно кумиры — Маркс, Энгельс, Ленин. Это неоспоримые кумиры. А вот в плане революционности я назову Павку Корчагина, Че Гевару.

- Слушайте, давайте вернемся к Грищенко. Все-таки чем, вот конкретно вам он насолил?

- Да он не мне насолил. Я еще раз говорю, ничего личного, работает он там, и работает. Он насолил городу. Когда мы попадаем в пятерку беднейших городов… При этом нас спрашивают: а по каким критериям вы это оцениваете?

Мне не надо никаких критериев. Я и сам вижу, что действительно, мы один из беднейших городов. Когда у меня «коммуналка» зашкаливает, когда у меня капитальный ремонт самый дорогой практически во всей России… И это в городе, где фактически отсутствует производство, в котором того и гляди встанет электротранспорт… Когда я вижу что на улицах, ветхое жилье, то понимаю, что это ужас.

Я сам приехал из Балаково, и сравниваю все это с Балаково.

- У вас там была лучше жизнь?

- Мне тяжело судить, это моя малая Родина. Конечно лучше.

- Да вы что?

- Да это моя Родина. Это город, в котором я не знал, что такое пробки, я не знал, что такое ветхое жилье. Мы не знали, что такое управляющая компания ЖКХ, которая не отчитывается.

- Ну, это понятно, было бы странно, если бы в Балаково были пробки.

- Почему, это было бы странно?

- Потому, что Балаково — маленький город.

- 200 тысяч населения, это как Ленинский район, а в Ленинском районе есть пробки.

- Потому что Ленинский район завязан на весь город.

- Хорошо, согласен. Тут Грищенко может быть и простим.

- Вы думаете, что во всех этих бедах, которые вы называете, виноват лично Грищенко?

- Нет, вы пальцы замучаетесь загибать, если я начну рассказывать, кто во всем этом виноват. Но я же не могу выйти на пикет с огромным списком тех, кто виноват. Кстати, в гордуме в это время проходило заседание городской думы. А Грищенко – глава думы, он взял на себя ответственность.

- То есть он некий символ, обобщение?

- Во-первых, да — символ. Во-вторых, я повторюсь: если ты не даешь нам работать, проводить пикеты, митинги, общаться с людьми, раздавать газеты и так далее, то естественно ты становишься главным объектом наших претензий. Потому что ты прикрываешь эту власть. Хотя и ты в чем-то власть, но ты прикрываешь федералов. Поэтому по тебе бьем. Точно так же как у нас бьют по Зюганову, по Рашкину, по Алимовой, в городе — по Анидалову. Потому, что это символ, тот по кому бьют.

А Грищенко — символ власти, нравится ли это ему, «Единой России» или нет, но это символ власти, символ «Единой России». Поэтому мы бьем по нему.

- Хорошо, вы вышли на пикет, попикетировали, померзли там, наверное, провели какое-то время, засветились в прессе. Дальше то что? Какая польза от этих акций?

- Во-первых, если бы не было пользы, то на это не так резко реагировала бы власть. Если бы Грищенко не боялся этого, наверное, у нас таких акций вообще бы не делалось.

- А вы уверенны, что он боится? Вы не преувеличиваете?

- Иначе не было бы такого контроля над властью и не плющили бы так всю оппозицию.

- Олег Васильевич назвал вашу акцию глупостью.

- Меня это не смущает.

- Я не могу сказать, что это реакция испуганного человека. Это скорее реакция человека, которому как-то все равно.

- А я не говорил, что он испугался. В моем понимании «боится», это не значит, что он трусливый человек…

- Понятно. Это не значит, что он рвет на себе волосы

- Это опасение смелого человека. Я думаю на такой уровень власти другой не пройдет, тем более в таком городе, с такими оппонентами. Это опасения человека, который понимает, что это может привести к каким-то последствиям. И назвав ее глупостью…

Между прочим, это далеко не самая сильная наша акция. У нас были акции и с перекрытием трасс, и с тысячами людей на улице.

- И гроб вы выносили.

- Гроб тоже, но это скорее для прессы. А вот, когда происходили известные события в Пугачеве, я оказался единственным ближайшим членом ЦК КПРФ и меня срочно туда отправили. Когда там люди вышли и хотели перекрывать трассы и громить халяли, мы сумели их убедить, что претензии вообще-то не к этим чеченцам и не к этим халялям. Претензии к власти, которая это все допустила. И мы сумели перенаправить протест.

Представьте эффект, когда эта огромная толпа под тысячу человек обступила председателя областной думы и подошла к местной администрации. Вот такие акции гораздо более серьезные.

А одиночный пикет — это конечно мелкое предупреждение. Это чтобы дать понять Грищенко, что ты делаешь что-то неправильно — мнение населения показать.

Когда же мы работаем для людей, то мы выходим не к зданию администрации, мы выходим в народ. К примеру 30 человек в последнюю ярмарку, раздавало листовки с претензиями к Радаеву.

— К Радаеву у вас какие претензии?

- Практически те же самые. Я считаю, что нельзя жить в городе Саратове, будучи губернатором, и не отвечать за Саратов. То же самое, когда мы по электричкам говорили: Что происходит, почему область молчит? Закрывается одна электричка, вторая останавливается — губернатор молчит.

Капитальный ремонт — это же губернатор подписывает документ с цифрой оплаты 6,22 руб. за 1 кв. м. изначально, а сейчас уже есть районы где плата возросла под 8 рублей. Когда в Ленинграде 2 руб. с копейками, а в Москве вообще еще даже не во всех районах есть плата за капитальный ремонт.

Когда такие тарифы, когда не контролируются цены… Наверное для вас, для прессы это тривиальные требования. А если выйти к людям и послушать, что они говорят в аптеках, что они говорят на рынках, что они говорят, приходя с платежками… Если «запикать» ненужные слова, останутся одни «пи».

- Вот смотрите, коммунисты – это системная оппозиция. Она продолжает быть системной оппозицией уже очень давно. И уже все привыкли к этим вашим перфомансам, что вы все время пытаетесь что-то придумать. Рашкин в Москве все время что-то придумывает. Вот он недавно послал Обаме, насколько я помню бомбу какую-то.

- Бомбу.

- Выступил в красном своем петушке…

Нет ли у вас ощущения, что на самом-то деле, это не реальная оппозиция, потому что реальная оппозиция должна представлять какую-то реальную угрозу власти. Она должна все-таки за власть бороться. Коммунисты давно уже успешно в этой системе существуют. И все прекрасно понимают, что ни за какую власть коммунисты не борются. Насколько вам кажется такая оппозиционная деятельность серьезной? Вы же молодой человек, вам же наверняка хочется какой-то серьезной борьбы.

- С психологической точки зрения интересно очень вопрос поставлен.

- А что?

- Вы априори сказали как само собой разумеющееся: ну все же знают, что вы не боретесь за власть. А дальше пошел вопрос.

- Хорошо, это некое расхожее мнение, что за власть коммунисты не борются.

- Причем навязанное, скорее либеральной интеллигенцией, которая по-своему борется за власть. Скажите тогда, почему, если мы не боремся за власть, почему тогда против коммунистов на выборах такая жесткая борьба?

- Разве с другой оппозицией власть так не борется? Вы считаете, что именно коммунистов власть боится больше всего? Больше чем любую другую, больше чем Жириновского, чем не системную оппозицию.

- Жириновского я не считаю вообще оппозицией.

- А чем Зюганов тогда отличается от Жириновского, кроме идеологии?

- Тем, что мы предлагаем коренные изменения, во-первых. Во-вторых, давайте элементарно посмотрим голосования по бюджету, по всем законам и так далее. Как голосует ЛДПР, «Единая Россия», «Справедливая Россия», и как голосует КПРФ. Вы не назовете ни один закон, по которому мы где-либо голосовали бы не так, как это прописано в наших идеологических постулатах. Даже та же либеральная оппозиция, при всем уважении к их деятельности, это не оппозиция. Это борьба в рамках одной системы за власть.

- Почему вы считаете, что в рамках одной системы?

- Потому, что это буржуазная система. Они разве предлагают изменить строй? Мы предлагаем изменить строй.

- Зачем нам опять менять строй? Ведь мы однажды его поменяли. Ни к чему хорошему это не привело.

- Более 70 процентов населения оценивают эпоху советскую лучше, чем современную. Все что сейчас есть в Саратове – это наследие советской эпохи. За последние 25 лет, здесь не построили ни одного более-менее современного предприятия, не открыли ни одного более-менее нормального ВУЗа. Не создали вообще более-менее ничего.

25 лет! Если мы возьмем 1917-й год плюс 25 лет, мы подходи к 40-ым годам. Мыпостроили индустрию, подняли сельское хозяйство. Да, с разными сложностями, но мы заново сделали огромную страну с Наукой. Мы подошли к Великой Отечественной войне мощной державой, потом запустили человека в космос, создали ядерную бомбу, защитили страну.

Что мы за последние 25 лет в Саратове сделали? Я же не призываю к бунту. Я не призываю к событиям как на Украине. Революция всегда бескровна. Всегда. Кровава контрреволюция и потом гражданская война. На консерватории висит табличка «Здесь такого-то числа, в таком-то году была объявлена советская власть». Без интернета, без факса. Она была объявлена на второй день после штурма Зимнего. Без единого выстрела. Да, потом попытались устроить контрреволюционный мятеж, несколько человек было убито, все.

Именно сама революция всегда бескровна, потому что ее поддерживает все население. И армия, и полиция – все. Вот это коренное изменение. Причем надо поменять не одного олигарха на другого, а поменять взаимоотношения, ценностный ряд у людей.

http://www.tvsar.ru/

 
Статья прочитана 281 раз(a).
 
Оставьте свой отзыв!